• Источник национальной силы

Источник национальной силы

17.12.2015

В Калуге увековечили память писательницы Евгении Тур. Событие приурочено к 200-летию со дня ее рождения

Идею калужских краеведов об увековечении памяти из­вестной в России и за ее пре­делами писательницы поддер­жали в областном отделении Российского Фонда Мира. Па­мятный знак размещен в Калуге на доме 24/50 по улице Космо­навта Комарова, где прожива­ла в 80-х годах XIX века графиня Елизавета Салиас де Турнемир, писавшая под псевдонимом Ев­гении Тур. В настоящее время здесь находится Федеральное казенное учреждение «Управ­ление автомобильной автома­гистрали «Москва – Бобруйск». Часть здания является памят­ником архитектуры XVIII века и охраняется государством.

Дом претерпел серьезные изменения. Но он хранит в сво­ем облике ауру ушедшего вре­мени, связанного с именем и творчеством замечательной писательницы, жившей здесь и так много сделавшей для оте­чественной литературы и куль­туры.

Напомним, Елизавета Ва­сильевна Салиас де Турнемир родилась 12 августа 1815 го­да в Москве, в дворянской се­мье Сухово-Кобылиных. Она – родная сестра Александра Ва­сильевича Сухово-Кобылина, драматурга, автора сцениче­ской трилогии «Свадьба Кре­чинского», «Дело» и «Смерть Тарелкина». Евгения Тур также вела творческую деятельность – писала повести и романы, в том числе для детей и юноше­ства. В 1861-1862 гг. Евгения Тур издавала газету «Русская речь». Именно последнее об­стоятельство и роднит это имя с уроженцем Воронежской гу­бернии, знаменитым издателем и журналистом, общественным деятелем Алексеем Сергееви­чем Сувориным.

По рекомендации Де-Пуле

Родившись в семье солдата Отечественной войны 1812 го­да, выслужившегося до капита­на, дававшего в те годы дворян­ство, Алексей Сергеевич воис­тину сам сделал себя. В одном из своих «Маленьких писем», он признавался что «до 14 лет <...> не читал ни одной детской книж­ки и не знал об их существова­нии. До 14 лет <...> не имел поня­тия о том, что такое театр. Пуш­кин мне попался в руки, когда мне было 15 лет. О газете и журнале я узнал гораздо позже». Но, посту­пив в ноябре 1845 года в открыв­шийся в Воронеже Михайловский кадетский корпус, за шесть лет учебы из крестьянского мальчи­ка он превратился в образован­ного, подающего надежды юно­шу. А далее он подал прошение, что «желаю выйти в статские по болезни. Меня выпустили ко­лежским регистратором». В на­чале 1856 года он стал препода­вателем того самого Бобровско­го училища, в котором в свое вре­мя учился сам.

В Боброве Суворин женился и вскоре дебютировал в печати пе­реводом стихотворений Беран­же «Роза» и «Клара», опублико­ванных в петербургском журна­ле «Ваза» (1858), затем последо­вал перевод из Шенье в «Москов­ском вестнике» и оригинальные статьи в «Весельчаке» и «Русском дневнике».

В мае 1859 года Суворины с двумя детьми перебрались в Воронеж, где Алексей Сергее­вич стал преподавать в уездном училище. И стал своим в круж­ке литератора и издателя Миха­ила Федоровича Де-Пуле. Близ­ко сошелся с поэтом Никити­ным и почти ежедневно проси­живал часами в его книжной лав­ке. Плодом сотрудничества чле­нов кружка стал альманах «Воро­нежская беседа на 1861 год», в котором Суворин поместил рас­сказы «Гарибальди» и «Чернич­ка». Первый из них имел успех у публики, благодаря публично­му чтению артистом Малого теа­тра Провом Садовским. Де-Пуле через своих московских друзей рекомендовал Суворина изда­тельнице газеты «Русская речь» Елизавете Васильевне Сали­ас де Турнемир. Корреспонден­ции Суворина ей настолько по­нравились, что она предложила ему место секретаря редакции и «сотрудничество по критиче­ской части». («Русская речь» вы­ходила два раза в неделю с ян­варя 1861).

Переехав в Москву, Суворин оказался в центре литературной жизни второй столицы. Не распо­лагая сколько-нибудь значитель­ными средствами, издательница «Русской речи» принимала весь­ма широкий круг литераторов.

Еще будучи сотрудником «Рус­ской речи», Суворин печатал­ся в газете «Современное сло­во», «Современнике», «Отече­ственных записках» А.А. Краев­ского, журнале братьев Досто­евских «Время» и даже в журна­ле «Ясная Поляна» Л.Н. Толстого. Имя его получило некоторую из­вестность в литературных кругах. Таким образом, получается, что именно Евгения Тур, что называ­ется, ввела Алексея Суворина в большую литературу и столичную журналистику.

Затем по приглашению Кор­ша он переезжает в Петербург. Сотрудничество Суворина в «Санкт-Петербургских ведомо­стях» продолжалось двенадцать лет, с 1863-го по 1874 год. Имен­но здесь взошла звезда Незна­комца, блестящего автора, кото­рым зачитывалась вся Россия… Затем было свое дело, газета «Новое время», типография и издательство, театр, контрагент­ство по распространению печа­ти. Восхождение на самую вер­шину русской литературы, жур­налистики и политики.

За что мстят Алексею Суворину?

Но спустя сто лет со дня смер­ти, имя Суворина если не совсем забыто, то не получает должно­го внимания со стороны потом­ков. Автор статьи «Что с нашей памятью?» Леонид Дружинин в журнале «Конкуренция и ры­нок» задается вопросом: «В заб­вении творчества А.С. Суворина можно разглядеть изощренную месть. За что мстят А.С. Сувори­ну?» «Зайдя в любой российский книжный магазин, вы обнаружите там несколько книг о Наполеоне и его похождениях, а о Суворине – ни одной! В год русской истории никто из писателей не получил грант на написание биографии человека, бившегося на страни­цах газет и книг за развитие Рус­ской Цивилизации. Как-то стран­но это, не так ли?», – пишет ав­тор. И призывает: «Откройте для себя… публициста А.С. Суворина и убедитесь, насколько незамут­нен этот источник национальной силы, столь необходимый России в XXI в. Читая Суворина, вы не ра­зочаруетесь в России и наверня­ка встанете в ряды тех, кто сей­час созидает величие нашего От­ечества».

Много странностей связано с именем Суворина. Именно так. Мы-то знаем. Еще недавно во­ронежский губернатор предлагал руководителю Санкт-Петербурга Георгию Полтавченко поставить памятник издателю в городе на Неве. И последний пообещал рассмотреть это предложение. Но у себя в губернии Алексей Васильевич почему-то отказался присвоить имя Суворина област­ному училищу культуры. Хочется спросить у его советников, в том числе и у Александра Акиньшина: за что вы мстите Суворину?

А вот в Петербурге памят­ник Суворину все-таки постави­ли. Как сообщил все тот же Ле­онид Дружинин, работы по ре­ставрации памятника А.С. Суво­рину на Никольском кладбище велись Сергеем Радванецким, президентом Союза полиграфи­стов Санкт-Петербурга, при под­держке предпринимателей, ко­торые неравнодушны к русской истории. По итогам этой работы на сайте типографии «Премиум-пресс» появилась заметка, кото­рую мы публикуем ниже.

suvorin-as1.jpg

«В сердце моем навсегда сохранит­ся благодарная память об этом выда­ющемся общественном деятеле и до­бром, прекрасном человеке. Без со­мнения, он дождется беспристрастной оценки, и я уверен, что его могила не останется забытой».

С.Н. Шубинский «Памяти А.С. Суворина».

Алексей Сергеевич Суворин скон­чался в ночь на 11 августа 1912 года в возрасте 78 лет, после продолжитель­ной болезни, смерть его стала насто­ящей трагедией для современников. Б.Б. Глинский в своем биографическом очерке о Суворине написал: «Все по­няли, что отошел в вечность крупный исторический человек, с именем кото­рого тесно связаны были многие и мно­гие страницы отечественной жизни».

Похороны состоялись 14 августа, отпевание в Александро-Невской лав­ре. На его могиле «на фоне голубого неба, утопая в зелени и цветах, возвы­сился новый белый могильный крест, на котором было начертано историче­ское имя: «Алексей Сергеевич Суво­рин». Позже крест заменили на величе­ственный памятник в виде портала, вы­полненный из гранита и мрамора. Та­кая форма надгробия предназначалась специально для портретного бю. В рас­положенной по центру нише находился бюст Суворина работы скульптора Ле­опольда Адольфовича Бернштама.

Несколько слов о личности самого скульптора. Бернштам родился в Ри­ге в 1859 году. Учился он в Рисоваль­ной школе Общества поощрения худо­жеств, а затем в Академии художеств. Уже в 1883 году Бернштам приобрел известность как скульптор-портретист. В 1885 году Леопольд Бернштам пере­ехал в Париж. Именно во время одного из своих путешествий в Париж Суворин и заказал скульптору свой погрудный портрет. Суворину он понравился, так как позже он даже посоветовал Берн­штама Толстому. Кстати, на столе у Че­хова стояла копия этого бюста.

В период между 1930-м, и 1950-м годами бюст был перенесен в Му­зей городской скульптуры. Выполнен он из бронзы, высота составляет 60 см, на обрезе левого плеча надпись: «Л. Бернштамъ, Парижъ, 1891 г.». Учи­тывая материал изготовления, это бы­ло необходимо.

К сожалению, могила Суворина не охраняется государством, несмотря то, что сам Суворин, без сомнения, в ряду крупнейших общественных дея­телей России. Кроме того, памятник над захоронением представляет собой архитектурную композицию, так же за­служивающую пристального внимания. Колонны композитного ордера, выпол­ненные из серого мрамора с белыми прожилками, поддерживают гранит­ный фронтон. Из-за отсутствия госу­дарственного финансирования за мо­нументом не было надлежащего ухо­да и единственной надеждой в вопро­се сохранения памятника были част­ные средства и общественные органи­зации. Наша типография приняла уча­стие в восстановлении могилы этого выдающегося человека. Сейчас моги­лу отреставрировали, почистили и вер­нули ей первоначальный вид.

* * *

Таким образом, хотя родина Сувори­на в лице оффшорной администрации и россиянской псевдокультурной элиты отвернулась от него и увлеклась более близкими ей ментально именами, про­шедший год не прошел впустую. Рос­сия не забывает Алексея Сергеевича. Не забудут его и многие воронежцы.

Святослав Иванов


Автор:  Святослав ИВАНОВ


(Нет голосов)

Комментарии

Текст сообщения*
 Защита от автоматических сообщений