• Добежит ли орловский рысак до 250-летнего юбилея?

Добежит ли орловский рысак до 250-летнего юбилея?

09.02.2016

Состояние коневодства и отношение к лошади в цивилизованном обществе является косвенным показателем его экономического здоровья

Слова, вынесенные в под­заголовок, принадлежат скончавшемуся в ноябре 2015 года на 68-м году жизни бывшему началь­нику конной части Хре­новского конного заво­да, заслуженному работ­нику сельского хозяйства России Виктору Алексан­дровичу Цуцкову. Смысл сказанного им мы на­мерены раскрыть по хо­ду повествования. А пока об информационном по­воде. Некоммерческое партнерство «Содруже­ство рысистого коневод­ства России» совмест­но с ОАО «Российские ип­подромы» по предложе­нию Французской Ры­систой Ассоциации 13- 14 февраля 2016 года на Венсеннском ипподроме в Париже проводят «Дни России», посвященные 240-летию орловской ры­систой породы.

А в остальном, прекрасная маркиза …

Эта порода считается сим­волом России во всех странах. В этот день будет разыгран ин­тернациональный приз Франции для лучших рысаков всех стран и приз франко-российской дружбы (для орловских рысаков). В про­грамму мероприятия включе­ны показательные выступления русских троек, котильона орловских рысаков, программы джиги­товки, презентация программы «Русская деревня». На праздни­ке предполагается присутствие 20000 зрителей.

Такая честь, оказанная орло­вскому рысаку в центре мира Па­риже, на самом знаменитом ип­подроме, конечно, согревает сердце каждого русского патри­ота. А особенно воронежца. Ведь именно в Воронежской губернии за победу в сражении с турками императрица Екатерина дарова­ла графу Алексею Григорьевичу Орлову-Чесменскому 120 ты­сяч десятин (около 130 га) зем­ли, где он и основал знаменитый Хреновской конный завод, кото­рый всегда привлекал воронеж­цев и гостей области не только возможностью увидеть красав­цев лошадей, но и полюбовать­ся архитектурным ансамблем ко­нюшенного комплекса, творени­ем известного архитектора До­миника Жилярди…

Между тем из Хренового при­ходят в последнее время не со­всем приятные новости. В октя­бре прошлого года сгорела ко­нюшня. Как потом выяснилось, сгорела пристройка к конюшне, которая не относится к памятни­кам архитектуры. Тем не менее в Интернете появилась петиция, открытое письмо к губернато­ру Воронежской области с при­зывом спасти Хреновской коне­завод, который «рушится на гла­зах».

«Поголовье продается «по зна­комству», – сказано в обращении, которое подписали уже несколь­ко тысяч жителей не только Во­ронежской области. – Завод дер­жится на плаву за счет неравно­душных тренеров. Племенная ценность вскоре будет совер­шенно утрачена. Старотипных орловцев осталось ничтожно ма­ло по сравнению с количеством, необходимым для селекции.

Амуниция используется с про­шлого века. Скакового отделе­ния уже давно нет. Лошади стоят в отвратительных условиях. (Не­которых лошадей зимой кормят остатками соломы – что уж гово­рить о хорошем, качественном сене?). Стены конюшен не ви­дели ремонта уже несколько де­сятков лет.

В октябре 2015 года была по­следняя капля – сгорела конюш­ня верхового отделения. В этой конюшне находилась раздевал­ка, где спортсмены Хреновского конного завода и ученики Хренов­ской школы наездников остав­ляли свои вещи, а также стоя­ло семь голов лошадей. Во вре­мя пожара, к счастью, коней уда­лось вывести, а вот все вещи сту­дентов сгорели до тла...»

Догадаться, что именно сту­денты являются авторами пети­ции, не составляло труда. И вот на сайте Хреновского конезаво­да появилась за подписью Алек­сандра Марковина отповедь мо­лодым подписантам с говоря­щим заголовком «Не жаловать­ся, а учиться!»

Автор полагает, что пись­мо продиктовано обостренным максимализмом подростков, «при поддержке ряда родите­лей и подстрекательстве неко­торых бывших работников ко­незавода, чем-то обиженных…» И далее говорится, собственно, самое главное: «Хреновской конный завод – это частное предприя­тие, работающее в рамках рос­сийского зако­нодательства. У м н о г о ч и с ­л е н н ы х к о н ­тролирующих органов суще­ственных замеча­ний к администра­ции ХКЗ, организую­щей производствен­ные процессы, нет. А потому слова из пети­ции о том, что конезавод рушит­ся на глазах, поголовье прода­ется «по знакомству», племен­ная ценность утрачена, амуниция используется с прошлого века, лошади стоят в отвратительных условиях и т.п., – лживы».

Смысл сказанного в следую­щем. Достаточно того, что мы, разводя лошадей, не нарушаем закон, а со всем остальным иди­те… И вместо того, чтобы обри­совать условия и рамки, показать наглядно экономику конного дела на примере конкретного конеза­вода, Марковин переходит к от­кровенным угрозам. «Очевидно, что педколлективу училища (а большинство участников петиции – это ученики Хреновской школы наездников) предстоит воспита­тельная работа с подопечными в том плане, что школа бесплатно пользуется базой ХКЗ и прочими благами...». «Любить требуется и лошадей, и сам конезавод, где они появляются, воспитываются и «выводятся в люди». При этом смета производственных расхо­дов скрыта от неопытных глаз, увлеченных лишь парадной сто­роной дела: экстерьером, вывод­кой, бегами. А расходы эти – не­малые, и не ученикам решать, на какие деньги живет и дальше бу­дет жить лошадь…»

Конезавод как хобби

Решает на самом деле вла­делец Хреновского конезавода, один из богатейших людей Рос­сии Андрей Бесхмельницкий. Журнал «Форбс» его состояние оценивает в 0,45 млрд долларов. И, кстати, короткая объективка на Бесхмельницкого под его портре­том в журнале заканчивается сле­дующим абзацем: «Хобби. В 2005 году купил Хреновский конный завод (Воронежская область), основанный в 1776 году графом Алексеем Орловым». Это к тому, что главное в жизни Бесхмельницкого со­всем другое. Он совла­делец компании «Юни­милк», второго по вели­чине в России произво­дителя молочных продуктов.

А воронежский конезавод он купил по случаю, после того как его скучающие, пока он вел дело­вые переговоры, дочери побыва­ли в Хреновом. Обе дочери биз­несмена увлекаются верховой ез­дой. Дочерям понравилось в вот­чине графа Орлова. И папа купил им завод у акционеров-физлиц (по оценке экспертов, за $500 тыс. долларов).

Но, кажется, бизнесмен очень быстро понял, что лошадиное хобби ему слишком дорого обхо­дится. В августе 2008 года в ин­тервью журналу «Агроинвестор» Андрей Бесхмельницкий откро­венно заявил: «Коневодство в принципе убыточно. Выращива­ние лошади до трех лет обходит­ся в $4 тыс., а продается она за столько, сколько дадут. Хорошо, если купят за 60-70 тыс. руб. А мы еще увеличиваем затраты, зани­маясь лошадьми, как положено: восстановили систему содержа­ния, тренинга и кормления, дер­жим на московских ипподромах три конюшни. Бега и скачки – это пока чисто имиджевый проект. Призы за победу в бегах (около 10 тыс. руб.) абсолютно не покры­вают издержек. В 2007 году по ко­неводству у нас было 9 млн руб. убытков. Сейчас, как и раньше, завод живет за счет молочного КРС и растениеводства».

Увы, как считают специалисты, для конных заводов, десятилетия­ми борющихся за выживание и со­хранение российских пород лоша­дей, подобные увлечения олигар­хов – оптимальный способ суще­ствования. Ценные отечествен­ные породы лошадей, на выве­дение которых потребовались го­ды и годы труда разных специа­листов, сегодня практически ни­кому не нужны. С каждым годом в технических результатах сорев­нований по конному спорту стано­вится все меньше лошадей, рож­денных в РФ. Хотя поголовье пле­менных лошадей остается ста­бильно небольшим и составляет лишь чуть более 3% от числа ло­шадей в стране. Племенное коне­водство, как отрасль, за исключе­нием ряда специфических направ­лений, сейчас убыточна.

К 2013 году надежды на то, что бизнесмен Андрей Бесхмельниц­кий – владелец холдинга «Юни­милк» – обеспечит возрождение Хреновского конезаво­да, окончательно раз­веялись. В конце 2012 года завод распродал всех арабских скаку­нов. В апреле 2013 го­да оставалось 270 ло­шадей. Ныне, как ска­зала нам заведующая музеем Ольга Иконникова, на конезаводе 209 орловских рыса­ков и 24 тяжеловоза. Распрода­жа арабов родила информаци­онную волну. Отвечая на вопро­сы общественности в интервью газете «АиФ-Черноземье», зоо­техник конезавода Татьяна Калу­гина сказала, что коневодство не­выгодно нигде в мире. Но в Евро­пе дотируют каждого жеребенка. Если вывозится за границу фран­цузский рысак, его владелец не­сколько лет получает субсидии от Франции. Значит, он еще не раз купит там лошадь. Орловским ры­сакам о такой заботе можно толь­ко мечтать. Что касается араб­ских скакунов, то частные рос­сийские коннозаводчики, оказы­вается, просто испортили поро­ду, смешивая ее с более мощной английской породой. В результа­те русским арабам перестали до­верять в Европе и теперь их про­сто не допускают к международ­ным соревнованиям. Под разда­чу попали и настоящие арабы, ко­торых, строго соблюдая чистоту крови, лелеяли в Хреновом.

Наши породы равноценны нашему автопрому?

На форумах события на Хре­новском конезаводе отозвались тревогой и поиском виноватых. Одни винят хозяев Хреновского КЗ, которых «интересуют не ло­шади, а угодья и молочное про­изводство на этих угодьях. Соб­ственно исключительно ради уго­дий под молочный бизнес и был куплен лет восемь назад Хренов­ской КЗ. А лошади – это так, об­уза, вынужденное обременение современному капиталу, от ко­торого следует побыстрее изба­виться, – вот так рассуждают ны­нешние дельцы». Это они «своим бизнесом довели конный завод до полнейшего беспредела, нахапа­ли к себе в карманы, все по АКЦИ­ЯМ конного завода охотились....А в музее по какому праву они там со всем семейством живут, даже граф себе такого не позволял, и т.д. и т.п. Кто они такие, эти вла­дельцы новоявленные, что право имеют разваливать то, что созда­валось ВЕКАМИ?»

Другие считали «что нынешние хозяева ХКЗ ни в чем не виновны. Бизнес есть бизнес. А вот наше государство не хочет (а может, у них другие планы) чтить и уважать историю государства Российско­го. Печаль, грусть и тоска...»

Все та же Ольга Иконникова в разговоре с нами поясняет. Фран­ция, стимулируя участие зарубеж­ных конников, выплачивает на каждую лошадь, привезенную из России, ее владельцу по две ты­сячи евро. Наша страна даже по­мыслить об этом пока не может. В Европе дотацию платят на каждую матку. У нас эта дотация составля­ет 12 тысяч в год. А содержание кобылы обходится в 140 тысяч в год. Поэтому пока стимула, кро­ме патриотического, заниматься лошадьми в России нет.

Что касается орловских рыса­ков и других отечественных по­род, то тут есть еще один важ­ный момент. Отвечая на вопрос, почему сообщество коневладель­цев и заводчиков так разрознен­но, кто его разделяет и что, фо­румчанка Юлия Яковлева пишет: «Ну как кто? Кому выгоден привоз призовых и спортивных лошадей из-за границы. Вот пример, есть спрос на дончаков, а купить с за­вода почти не реально. Не из-за того, что их нет на продажу, а по­тому что лень продавать и оформ­лять документы и т.п. Проще на мясо сдать. Чесменка, например, тоже на мясо орловцев уже раз­водит, потому что так проще. Все уже давно считают наши породы равноценны нашему автопрому. Даже люди, не связанные с коне­водством, так рассуждают, неод­нократно слышала. Сами винова­ты. Я, например, замучилась, ру­гаться в своем кск за наши поро­ды и особенно за рысаков, так как гнобят. Прямым текстом говорят, что вам тут не место...»

Собственно, об этом же гово­рится в обращении генерального директора ОАО «Московский кон­ный завод № 1» Ю.Б. Прохорова к профессионалам и любителям рысистого коневодства. По его мнению, в последние годы сло­жились крайне негативные усло­вия для разведения отечествен­ных рысаков в России. И если все развитые коневодческие стра­ны защищают свой рынок и от­дают предпочтения доморощен­ным рысакам – примером служит та же Франция, Швеция и другие страны, то в России идет актив­ная пропаганда иностранных ло­шадей, даже разыгрываются спе­циальные призы для завозимых французов еженедельно на ЦМИ и других ипподромах. Действен­ными мерами по изме­нению сложившейся негативной ситуации могли, на взгляд Про­хорова, стать: повы­шение пошлин на ввоз иностранных лошадей, более строгий контроль за происхождением ло­шадей, строгое соблюдение су­ществующего количества закры­тых традиционных призов на ип­подромах, более действенная поддержка коннозаводчиков, за­нимающихся разведением лоша­дей отечественных пород, со сто­роны государства.

На всякий случай еще раз ак­центируем. Сравнение с автопро­мом объясняет одна фраза из ха­рактеристики породы: «Поскольку орловские рысаки в общей массе сегодня уступают в резвости рус­ским и американским рысакам, для них проводятся закрытые при­зы». Возникает вопрос. Так, может, и не нужна России такая неэффек­тивная лошадь? Но об этом мы по­рассуждаем в следующий раз. 


Автор:  Святослав ИВАНОВ


(Голосов: 4, Рейтинг: 4.75)

Комментарии

Текст сообщения*
 Защита от автоматических сообщений