• Трубный голос нашей победы

Трубный голос нашей победы

21.10.2014
Юрий Борисович Левитан (первоначальное имя Юдка Беркович Левитан) родился 19 сентября (2 октября) 1914 года в городе Владимир в еврейской семье. Его отец Борис Семенович (Бер) , портной, специализировался на пошиве мундиров городским чиновникам и служащим. Мать – Мария Юльевна, домохозяйка. Родители мечтали, что сын станет инженером. Только вот сын решил по-другому. С детства Юрий мечтал стать артистом. Любил поэзию, театр, пение, к которым его приобщил дядя. Юра пел в хоре. Был, конечно же, любимцем своего руководителя, солистом. У мальчика с детства был громкий голос, из-за которого Юрий даже получил прозвище «Труба». Его густой голос было слышно из соседнего двора. Мальчишки уважали его, а соседки использовали как мегафон: просили Юру позвать домой своих загулявшихся сорванцов. И несколько кварталов слышали раскатистое Юрино «Ва-ася, домой!»

Выбор Сталина

В 1931 году по окончании 9 классов по комсомольской путевке Юрий прибыл в Москву поступать в Государственный кинотехникум (ныне – ВГИК), но экзамен повалил. Приемная комиссия отбраковала юношу за его владимирский «окающий» акцент. После экзамена Юрий Левитан возвратился в родной город Владимир. Совершенно случайно ему попалось объявление о наборе в группу радиодикторов, и Юрий Борисович решил испытать судьбу еще раз, позвонил в приемную комиссию.

Услышав его голос по телефону, было велено немедленно приехать в Москву. В комиссии его прослушивал… сам Василий Качалов. Не смутили мхатовского артиста ни растянутые спортивные штаны мальчишки, ни его говор. Едва только раздался уникальный бархатный голос Юры, как Качалов воскликнул: «Вы приняты!». Левитан был зачислен в группу стажеров Всесоюзного радиокомитета.

Жил Юрий Левитан в комнате при студии, использовавшейся ранее для складирования сломанных граммофонов. Он усиленно занимался совершенствованием своей дикции, брал уроки у артистов МХАТа, приставленных к группе стажеров.

В январе 1934 года Юрию Левитану было поручено читать в ночном техническом эфире гранки газеты «Правда» для стенографисток региональных издательств, отправлявших записанный текст в типографии. Именно в ту ночь, когда Левитана впервые пустили к микрофону, Сталин, обычно работавший по ночам, услышал трансляцию. Едва из приемника раздался голос юного диктора, генсек тут же позвонил председателю Радиокомитета СССР Керженцеву. Утром в Москве открывался XVII съезд партии, текст доклада Сталина был уже готов. Тогда никаких прямых эфиров не было. Доклады руководителей страны на радио читали дикторы. И Сталин потребовал: его завтрашний доклад должен читать диктор, который «только что зачитывал статьи из «Правды». Этот день, 25 января 1934 года, Левитан запомнил на всю жизнь.

Молодой диктор с блеском выполнил поставленную задачу, в течение пяти часов без единой ошибки, оговорки и запинки читая текст сталинской речи. После этого Сталин распорядился о том, чтобы все тексты и важные государственные документы отныне озвучивал только Левитан.

Так Юрий Левитан стал диктором Всесоюзного радио № 1.
В 1938 году Юрий Борисович женился. Но через 11 лет жена вдруг призналась Юрию Борисовичу, что любит другого. Левитан отпустил ее, не раздумывая. Но дочь оставил себе. И тещу тоже. Так они и жили дальше: Левитан, дочь Наташа и мать его бывшей жены. Именно она стала хранительницей очага Левитана на всю жизнь – создавала уют в доме, варила ему его любимый борщ, гладила рубашки. Места для другой женщины в жизни Левитана больше не нашлось.

Голос равный целой дивизии

С началом Великой Отечественной войны Юрий Борисович Левитан стал голосом советского Информбюро. В полдень 22 июня он зачитал в эфире Всесоюзного радио сообщение о нападении фашистской Германии на СССР.

В августе 1941 года Юрий Левитан вместе с диктором Ольгой Высоцкой был эвакуирован в Свердловск (ныне Екатеринбург). Вещание из столицы к этому времени стало технически невозможно – все подмосковные радиовышки были демонтированы, так как являлись хорошими ориентирами для немецких бомбардировщиков.

Помимо работы в эфире диктор озвучивал хроникально-документальные фильмы (в том числе киножурнал «Советский Урал»), которые монтировались в подпольной свердловской радиостудии.

Информацию о пребывании Юрия Левитана и Ольги Высоцкой в Свердловске рассекретили лишь четверть века спустя...

В марте 1943 года Юрия Борисовича секретно перебросили в Куйбышев (ныне город Самара), где уже размещался советский радиокомитет.

Германские спецслужбы разработали, но так и не смогли воплотить в жизнь план похищения главного диктора Советского Союза, за голову которого была назначена награда в 100 тысяч (согласно другим источникам – в 250 тысяч) марок. Поэтому во время войны Юрия Левитана оберегали на государственном уровне. Через прессу запускалась дезинформация о его внешности – чтобы никто не знал, как выглядит человек, жизнь которого фашисты оценили в огромную сумму. Левитана круглосуточно охраняли сотрудники НКВД. Сталин приказал им стрелять на поражение, если возникнет малейшая угроза жизни Левитана. Маршал Рокоссовский как-то сказал, что голос Левитана равен целой дивизии. И действительно: пока из радио­приемника доносился глубокий баритон Левитана, у изможденной войной страны оставалась надежда. Он стал гарантом того, что ситуация под контролем, что, несмотря на кровопролитные бои, советская власть уверенно ведет свою страну к победе, что армия при всех потерях все равно отбросит врага за пределы родины. Другой информации у жителей СССР не было.

Подсчитано, что за годы войны Юрий Левитан озвучил около 2000 сводок Совинформбюро и свыше 120 экстренных сообщений. Записи из студии не велись – только прямые эфиры. Позднее, в 1950-е годы, диктора попросили заново наговорить некоторые из военных сводок и сообщений на магнитофонную ленту для их архивирования.

Победу Левитан встретил уже в Москве. 9 мая 1945 года его и председателя Радиокомитета Пузина вызвали в Кремль и вручили приказ Верховного главнокомандующего о победе над фашистской Германией. Через 35 минут он должен был выйти в эфир, Красная площадь была забита до отказа – люди ждали заявления об окончании войны. Прорваться через плотную толпу не получалось: «Куда ломитесь? Сейчас Левитан о Победе будет говорить», – бросил кто-то в лицо диктору. «Да я и есть Левитан, у меня эфир, пропустите!» – беспомощно произнес диктор. Надежды попасть в студию вовремя не было. И тут Юрий Борисович вспомнил, что в Кремле есть своя радиостанция. Он побежал назад. Когда он оказался у микрофона, до эфира оставалось пять минут… Вот как об этом счастливом моменте вспоминает диктор радио Борис Рябикин: «Остаются считанные секунды. Поблескивая очками, Левитан страшно медленно (или это так кажется?) идет в студию…. Откашливается. Прыгнула стрелка электронных часов. Вспыхивает табло: «МИКРОФОН ВКЛЮЧЕН!». Не верится! Хотя так ждали... Полная капитуляция врага. Фашистская Германия повержена. Каждое слово как удар набата. Мир! Свобода! Справедливость! Прильнув к новенькому динамику, недавно появившемуся в дикторской, я слышу Указ об установлении Дня всенародного торжества. Звучат гимны стран победительниц. Левитан возвращается.

 – Ну, как читал?
 – Что за вопрос?!

Дикторскую не узнать, в нее набилось чуть ли не сто человек. Дикторы наши и иностранцы, редакторы, техники... Поздравляют, обнимают друг друга, не стыдясь слез. К телефонам не пробиться.

У нашей бригады счастливое дикторское утро. Читаем для Сибири, для Дальнего Востока... Еще и еще раз. И кажется, что это не микрофоны разносят счастливую весть, а стоустый глас народа-победителя».

Левитан умер 4 августа 1983 года на торжествах по случаю 40-летия сражения на Прохоровском поле в деревне Бессоновка Белгородской области во время встречи с ветеранами Курской битвы. Перед отъездом Левитан жаловался на сердце. Его пытались отговорить от поездки, но Юрий Борисович был верен себе: «Я не могу, меня люди ждут». В тот год август выдался немыслимо жарким. И сердце Левитана не выдержало. Похоронили его на Новодевичьем кладбище.

Из воспоминаний актера Владимира Яхонтова:
 «Голос, произносящий «Говорит Москва», приковывал внимание, он успокаивал, вселял надежду, его слушали за много тысяч километров, по всей стране. «Говорит Москва» – слушали бойцы на фронте. «Говорит Москва» – слушали партизаны в лесах. «Говорит Москва» – слушали в госпиталях. «Говорит Москва» – слушали в осажденном Ленинграде. Это был голос с «Большой земли».

Слушая радио в дни войны, я невольно вспоминал слова поэта Владимира Хлебникова: «Кажется, что какой-то великан читает великанскую книгу дня» – сурово и четко сообщает он новости утра.

 Радио работало как-то по особенному красиво, прослушивался новый, военный стиль передач, новых не только по содержанию, но и по сплаву чувств и интонаций. Во всех передачах выработался, как мне казалось, общий подтекст: «Наше дело правое – мы победим». Иногда отдаленно вступала как бы вторая тема – «терпение, терпение»... И снова: «Наше дело правое – мы победим». Каждое утро по необъятным просторам Родины неслись голоса дикторов, обладавшие разными тембрами и красками, – «угадываемые голоса»...

...Среди всех выделялся молодой человек красотой голоса, полного достоинства, и убедительностью интонаций. Его роль с первых же дней войны стала особенно заметной. Он зачитывал тексты исторических выступлений руководителей партии и правительства, приказы Верховного командования, ежедневные сообщения «Совинформбюро», делился с нами содержанием статей «Правды» и писем на фронт бойцам.

Это был Ю.Б. Левитан. Миллионы людей слушали его голос. Слушая его, я думал: вот пример того, каков бывает результат, когда содержание и форма подачи материала слиты воедино...».
Юрий Левитан часто первым сообщал нам о горестях и наших победах. И потому, как близкий человек, вошел в каждый дом, в каждую советскую семью. Уже по первым его словам «Говорит Москва» люди узнавали о характере сообщения: будет ли оно радостным или печальным. Ибо в голосе его, в его интонациях всегда звучала абсолютная правда чувств...

Автор:  Иван СЛАВИН


(Нет голосов)

Комментарии

Текст сообщения*
 Защита от автоматических сообщений